Маэстро кроя

Этим интервью мы начинаем серию материалов, посвященных сотрудникам нашей мастерской Indposhiv.

И начинаем мы с главного демиурга нашей мастерской, Григория.

Он рассказал о бесценном опыте работы в лучших ателье Украины и России, знаменитых клиентах и истинной сути костюмов bespoke.


Григорий, с чего началось ваше увлечение созданием одежды?

Моя молодость пришлась на 60-е годы прошлого века. Мне хотелось пополнить гардероб модными тогда вельветовыми брюками, но так сложилось, что средств на их покупку не было. И я решил пошить их сам. Купил ткань за 3.50 рубля и сел за бабушкину швейную машинку. Надо сказать, что поначалу я потерпел неудачу: швы перекрутились. Пришлось разбирать их и собирать заново. Зато результат — бежевый вельветовый клеш — вызвал у одноклассников ажиотаж.

Когда вы начали заниматься кроем профессионально?

Как только ушел из спорта. Я ведь серьезно занимался академической греблей, выиграл все существующие на то время соревнования. Но после армии пришлось трудоустраиваться. И я пошел учеником мастера в дом быта «Столичный». За три месяца освоил полугодовую практику, после чего меня отправили на курсы, затем работал закройщиком в ателье и, наконец, попал в мастерскую «Люкс». Таких было всего три в Киеве, они аккумулировали лучших представителей профессии. Там-то я и получил представление о ручной работе.

Можно ли сказать, что это был bespoke?

Я бы сказал, процентов на 80. Дело в том, что в те времена все люди в костюмах должны были выглядеть примерно одинаково. Бортпакеты, внутренние основы для пиджаков, к нам приходили уже готовые, шаблонные, индивидуальные лекала не создавались, но все равно уровень был достаточно высокий. К нам приезжали из британского министерства легкой промышленности и были поражены.

Вы можете припомнить первый костюм, который вы пошили для себя?

Да, помню, он был из очень дорогой ткани, по 37 рублей за метр. Учитывая то, что на костюм ушло больше 3 метров, ткань обошлась в сумму, превышающую месячную зарплату.

Вы могли бы сравнить ткань класса люкс тех времен и современную?

Разница в плотности и крутке нити. Крутка была меньше, а ткань плотнее, она была рыхловатой на ощупь, напоминала теперешние образцы Scabal или Dormueil с показателем 100’S с добавлением кашемира. Но шерсть была очень качественной из мериносной породы овец.

Кто были вашими клиентами в то время?

В основном, сотрудники Академии наук. Дело в том, что ателье находилось напротив большого конференц-зала АН. Это были клиенты зрелые, умные, со сложившимися пожеланиями.


Как долго вы проработали в «Люксе»?

4 года. После чего меня перевели руководить бригадой. Из-за этого повышения я потерял возможность индивидуальной работы с клиентом. Поэтому я довольно скоро уволился и ушел работать в ателье при Оперном театре. Меня давно привлекал театр тем, что давал представление об одежде разных эпох. Это позволило глубже постичь суть костюма.

Как называлась ваша должность?

Модельер-конструктор по особо сложному театральному историческому костюму, работающий по собственным эскизам. В театре я проработал около 20 лет и не только в Оперном. Как-то меня пригласили в Русский балет, где я создавал костюмы для «Щелкунчика». Мне дали квартиру в центре Москвы и хороший оклад, но планы поменялись после дефолта 1998 года. И я вернулся в Киев.

Чем занялись по возвращении?

Я ушел в смежную область, стал заместителем директора представительства немецкого концерна по производству швейных игл.

А как вы попали в Indposhiv?

Мне порекомендовал эту мастерскую мой приятель. Я как раз подумывал над тем, чтобы вернуться в профессию, и Indposhiv оказался удачным вариантом. Далеко не каждый коллектив может похвастать такой высокопрофессиональной командой менеджеров и мастеров. Здесь много усилий направляется на развитие производства, корпоративную культуру, закупку нового оборудования. Поэтому меня не удивляет рост компании. Растет наш коллектив, увеличивается количество постоянных клиентов.

Что было самым сложным на вашем профессиональном пути?

Терпение, скрупулезность освоения мастерства и постоянное развитие. Непрерывное совершенствование в нашей профессии — это необходимость.

Исполнение каких заказов вам наиболее запомнилось?

Это две этапные работы для знаменитых солистов Оперного театра: Анатолия Борисовича Соловьяненко и Степана Васильевича Турчака. Я исполнил для них концертные фраки.

Как бы вы выразили суть bespoke?

Ручная работа плюс высокая степень участия человека в изготовлении. Ведь здесь важно даже не техническое исполнение, оно изначально должно быть отменным. Вещь bespoke — это не просто хорошая вещь, это живая вещь. Ее создание предполагает общение с заказчиком, выявление мельчайших нюансов, которые позволили бы ему чувствовать себя комфортно. Такая вещь приносит радость и исполнителю, и клиенту. Когда клиент получает изделие, в котором угаданы и воплощены его пожелания, он всегда улыбается.

У вас есть профессиональные ноу-хау?

Заказчиков с особо сложными пожеланиями я прошу принести свои любимые вещи. Мне это помогает создать одежду, в котором клиент будет чувствовать себя наиболее естественно.

Каковы последние тенденции в мужской классической моде?
В технологии — облегчение изделия всеми возможными средствами. Пиджак стал мягче, эластичней, но при этом он должен держать форму. В крое: укороченные и зауженные изделия плечевого пояса (пиджаки, плащи, пальто). К слову, чем плотнее посадка, тем тяжелее подгонка. Важен каждый миллиметр, а потому особо важен индивидуальный пошив.

Каковы ваши ближайшие профессиональные цели?

Передать ученикам свои знания и умения, чтобы они в свою очередь смогли передать их своим ученикам. Наша профессия вымирающая. Даже в Англии мало осталось тех, кто может исполнить костюм bespoke. Это тяжелая профессия, она требует долготерпения. Но это очень хорошая профессия, она делает людей красивей и, возможно, счастливей.


Метки:
· · ·
Темы записи:
Личности Indposhiv · Мастерская
Понравилось:
0

Недавние записи

Добавить комментарий

Indposhiv Blog
menu